ru
Новости
  • 11.08.2019

    Опубликованы работы Лауреатов конкурса эссе 2019 г.

    Подробнее
  • 17.06.2019

    Всероссийский молодежный конкурс эссе 2019

    Подробнее
  • 25.03.2019

    Tворческий конкурс НАТО 70 лет/Эстония 15 лет в НАТО

    Подробнее
  • 24.12.2018

    Развитие международного научно-исследовательского сотрудничества в сфере исследований актуальных проблем формирования архитектуры Европейской безопасности.

    Подробнее

08.06.2017Е. Лапанович, г. Екатеринбург

Конкурс 2017 - «Европейская безопасность: основные вызовы и перспективы»

Лапанович Екатерина
аспирант второго года обучения,
факультет международных отношений,
Уральский федеральный университет
имени первого Президента России Б.Н.Ельцина
г. Екатеринбург

Почему Россия воспринимает НАТО в качестве угрозы?

В условиях переживаемого кризиса в экспертных кругах вновь обострилась дискуссия о проблеме возвращения к нормам и практикам холодной войны. Холодная война, согласно Александру Вендту, будучи структурой социально разделяемого знания, завершилась в момент, когда акторы перестали действовать на основе данного знания[1]. Одним из основных знаний было знание о том, что противоположная сторона является угрозой. В формируемом в условиях современного кризиса российском официальном дискурсе НАТО вновь отведена роль угрозы национальной безопасности[2].

Настоящее эссе – попытка ответить на следующий вопрос: «почему Россия воспринимает НАТО в качестве угрозы»?  Теоретико-методологической основой, к которой обращается автор в поисках ответа на поставленный вопрос, служат идеи социального конструктивизма в интерпретации Вендта и теория баланса угроз СтивенаУолта.

Согласно Уолту, поведение государств определяется восприятием угроз. Угроза формируется на основе четырех элементов:  совокупной мощи, географической близости, наступательной мощи, а также агрессивных намерений. Уолт полагает, что каждый из обозначенных элементов в равной степени определяет восприятие одним актором иного актора в качестве угрозы[3]. Вендт же отмечает, что обладая одинаковыми материальными характеристиками, одни акторы представляют угрозу, а другие – нет. Это определяется отношениями в которых находятся акторы: враждебными или дружественными[4].

Первым критерием является совокупная мощь. Чем мощь больше, тем потенциально большую угрозу представляет актор. Данный критерий оценивается на основе социально-экономических показателей. Рассмотрим в качестве примера такие показатели, как численность населения и ВВП на душу населения. Население одних лишь США более чем в два раза превосходит население России (324:144 (млн. чел.) на 2016 г.)[5]. При этом ВВП на душу населения США более чем в пять раз выше российского (56 115,718: 9 092,581 (долл. США) на 2015 г.)[6].

Необходимость учета критерия географической близости обусловлена тем, что способность проецирования силы уменьшается с увеличением дистанции. Принципиальная и последовательная позиция России по проблеме расширения НАТО на восток отражает ее озабоченность именно фактором все большего сокращения дистанции и приближения НАТО к российским границам.

Далее следует критерий наступательного потенциала. Следует отметить, что после завершения холодной войны Россия оказалась в условиях превосходства НАТО в целом и США в частности в обычных вооружениях. В качестве одного из количественных показателей можно рассматривать показатель военных расходов. Так, по данным Стокгольмского института исследования проблем мира, SIPRI, военные расходы одних лишь США за 2015 г. равны 596 млрд. долл., тогда как российские – чуть более чем 66 млрд. долл. (при этом речь идет о следующем соотношении по доле в ВВП: 3,3:5,4 (%) соответственно)[7]. Вместе с тем, в условиях превосходства НАТО в обычных вооружениях, а также мягкой силе, Россия акцентирует внимание на своем ядерном статусе. НАТО в свою очередь является «ядерным альянсом». Принимая это во внимание и рассматривая наступательные способности союзников в совокупности, позиция России сводится к тому, что любые последующие шаги по сокращению ядерного оружия должны быть многосторонними. Кроме того, одной из серьезнейших проблем отношений по линии Россия–НАТО остается проблема ПРО. Последовательные заявления НАТО о том, что система ПРО Альянса не направлена против России[8] едва ли видятся убедительными в глазах России.

Наконец, агрессивные возможности. В отличие от предыдущих трех критериев последний можно рассматривать в качестве субъективного, основывающегося на восприятиях, нематериальных феноменах. Примечательно, что в свое время т. н. «группа мудрецов» акцентировала внимание на значимости диалога по линии Россия–НАТО не только по традиционным концепциям, доктринам и транспарентности, но и восприятиям, которые стороны имеют друг о друге[9].

В настоящее время любые шаги НАТО по заверению союзников и укреплению сдерживания в условиях текущего кризиса, будучи не только легитимными, но четко выверенными и весьма осторожными, непременно воспринимаются Россией в качестве «мощного военизированного кулака», словами Татьяны Глебовны Пархалиной, представляющего угрозу национальной безопасности[10].

По справедливому замечанию Валерия Ивановича Михайленко, идеи на сегодняшний день победили реалии[11]. В сложившейся ситуации представляет ли на самом деле НАТО угрозу безопасности России не имеет большого значения. Что значимо – это представление, идея, держателем которой является Россия. В конце концов, как отметил Джон Миршаймер, является ли НАТО угрозой безопасности России решать самой России[12].

Задаваясь вопросом «что делать?», автор соглашается с Сэмом Нанном в том, что как НАТО, так и России, следует задаться одним вопросом: «хотят ли они, чтобы Россия была интегрирована  в систему евроатлантической безопасности или же оставалась за ее пределами»? Если ответ – да, то сторонам необходимо предпринять ряд мер[13].  В целом, направление развития диалога, о важности которого заявляет НАТО[14], хорошо известно: более чем вероятно, что это будет контроль над вооружениями. Большую ценность представляет инициатива  нынешнего президента Германии Франка-Вальтера Штайнмайера, призвавшего Запад к тому, чтобы сделать видимым не только сдерживание, но диалог. Инициатива заключается в возобновлении дискуссии по контролю над обычными вооружениями в Европе, принимая во внимание озабоченность России этим вопросом[15]. Большую значимость имеют инициативы, предложенные Сэмом Нанном, Игорем Ивановым, Десмондом Брауном и Вольфгангом Ишингером по снижению рисков[16]. Если же ответ нет, то можно оставить все как есть и неизбежно вернуться к конфронтации со всеми присущими ей рисками и издержками[17]. Автор убежден, что будущее России – в системе евроатлантической безопасности – не за ее пределами. Сторонам необходимо приложить все возможные и невозможные усилия к построению пространства неделимой и равной безопасности от Ванкувера до Владивостока. 

 


[1] Wendt A. Constructing International Politics // International Security. Vol. 20. N. 1. (Summer 1995). P. 74. URL: http://faculty.maxwell.syr.edu/hpschmitz/PSC124/PSC124Readings/WendtConstructivism.pdf (accessed: 14.04.2017).[2] Указ Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 года N 683 "О Стратегии национальнойбезопасности Российской Федерации" // Российская Газета. 31 декабря 2015. URL: https://rg.ru/2015/12/31/nac-bezopasnost-site-dok.html (дата обращения: 14.04.2017).
[3] Walt. S. The Origins of Alliances. Ithaca: Cornell University Press. 1987.
[4] Wendt A. Constructing International Politics. Р. 73.
[5] 2016 World Population Data Sheet. With a Special Focus on Human Needs and Sustainable Resources // Population Reference Bureau. 2016. P. 2. URL: http://www.prb.org/pdf16/prb-wpds2016-web-2016.pdf (accessed: 14.04.2017).
[6] GDP per capita (current US$). World Bank national accounts data, and OECD National Accounts data files // The World Bank. URL: http://data.worldbank.org/indicator/NY.GDP.PCAP.CD?locations=US-RU&view=chart (accessed: 14.04.2017).
[7] Perlo-Freeman S., Fleurant A., Wezeman P., Wezeman S. Trends in world military expenditure, 2015 // SIPRI Factsheet 2016. URL: http://books.sipri.org/files/FS/SIPRIFS1604.pdf (accessed: 14.04.2017).
[8] Deterrence and Defence Posture Review // North Atlantic Treaty Organization. 20 May 2012. URL: http://www.nato.int/cps/en/natohq/official_texts_87597.htm?mode=pressrelease (accessed: 25.03.2017).; Wales Summit Declaration. 5 September 2014. URL: http://www.nato.int/cps/en/natohq/official_texts_112964.htm?mode=pressrelease (accessed: 27.03.2017).; Warsaw Summit Communiqué. 8–9 July 2016. URL: http://www.nato.int/cps/en/natohq/official_texts_133169.htm?selectedLocale=en (accessed: 27.03.2017).
[9] NATO 2020: Assured Security; Dynamic Engagement. Analysis and Recommendations of the Group of Experts on a New Strategic Concept for NATO. 17 May 2010. URL:  http://www.nato.int/cps/en/natolive/official_texts_63654.htm (accessed: 31.03.2017).
[10] Пархалина Т. НАТО и Восточная Европа.; Уткин С. Варшавский Саммит НАТО // Европейская безопасность: события, оценки, прогнозы. Выпуск 42 (58). 2016. С. 2–5. URL: http://inion.ru/files/File/%D0%91%D1%8E%D0%BB_%206_%D1%81%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8F%D0%B1%D1%80%D1%8C_web.pdf (дата обращения: 23.03.2017).
[11] Данная мысль была высказана проф. В. И. Михайленко в ходе выступления на круглом столе «Большая Европа: новая повестка» в рамках юбилейных мероприятий, посвященных 25-летию АЕВИС. Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н.Ельцина. 7 апреля 2017 г.
[12] Mearsheimer J. J. Why the Ukraine crisis is the West’s fault. The liberal delusions that provoked Putin // Foreign Affairs. N 93 (September 2014). URL: http://www.foreignaffairs.com/ articles/141769/john-j-mearsheimer/why-the-ukraine-crisis-is-the-wests-fault (accessed: 14.04.2017).
[13] Nunn S. NATO Nuclear Policy and Euro-Atlantic Security // Survival. Vol. 52. N 2. April-May 2010. P. 14.
[14] Warsaw Summit Communiqué. 8–9 July 2016.
[15] Steinmeier F-W. More security for everyone in Europe: A call for a re-launch of arms control // Organization for Security and Co-operation in Europe. 2016. URL: http://www.osce.org/cio/261146?download=true (accessed: 31.03.2017).
[16] Browne D., Ischinger W., Ivanov I. S., Nunn S. Ensuring Euro-Atlantic Security // Project Syndicate. 16 February 2017. URL: http://russiancouncil.ru/en/inner/?id_4=8714#top-content (accessed: 14.04.2017).
[17] Nunn S. NATO Nuclear Policy and Euro-Atlantic Security // Survival. Vol. 52. N 2. April-May 2010. P. 14.

 

blog comments powered by Disqus