ru
Новости
  • 16.12.2019

    Визит в штаб-квартиру НАТО

    Подробнее
  • 28.08.2019

    Публикация работ конкурса эссе 2019 года

    Подробнее
  • 11.08.2019

    Опубликованы работы Лауреатов конкурса эссе 2019 г.

    Подробнее
  • 17.06.2019

    Всероссийский молодежный конкурс эссе 2019

    Подробнее

23.07.2010Смирнов Вадим Анатольевич, Калининград

Конкурс эссе

Смирнов Вадим Анатольевич
ассистент кафедры политологии и социологии
Российского государственного университета имени Канта (Калининград)
email: vsmirnov@kantiana.ru

 Россия и НАТО: уже не враги, еще не друзья

Первому генеральному секретарю НАТО Гастингсу Исмею принято приписывать фразу, которая подобно квинтэссенции содержит в максимально лаконичной форме цель создания Североатлантического альянса: «To keep the Russians out, the Americans in, and the Germans down»[1] («Русских – не пускать, американцев - поддерживать, а немцев – держать в подчиненном положении», перевод мой – В. С.). Применима ли эта формула к России и НАТО сейчас, в ХХI веке? Какие перед ними стоят вызовы, проблемы и перспективы?

Жизнь после смерти

В основе создания НАТО лежала военная составляющая – в Североатлантическом договоре, подписанном в апреле 1949 года в Вашингтоне, главной считается статья 5, согласно которой участники договора в случае вооруженного нападения на одного из них оказывают помощь друг другу. Советский союз (и «красная» угроза вообще) считался единственным реальным потенциальным противником НАТО. С исчезновением СССР (и организации Варшавского договора) Альянс, по сути, лишился того, кто все предыдущие годы оправдывал его существование. В ситуации такой неопределенности НАТО столкнулась с необходимостью пересмотра собственных целей, задач и действий, а также формирования новой повестки дня в отношениях с Россией. Не займись Альянс внутренним «переформатированием», он мог бы превратиться в осколок «холодной войны», захиреть за ненадобностью и… умереть.  НАТО пришлось потрудиться, чтобы не просто сохранить себя, но и понять – чем заниматься в новых условиях?

На тот момент выбор был, по сути, невелик – между сугубо военным объединением или политической организацией. В 1990-х годах Стратегические концепции Североатлантического альянса принимались дважды (сначала в Риме в 1991 году, затем в Вашингтоне в 1999 году). Была снижена военная составляющая, Альянс охватила «перестройка», одной из основных задач которой стала повышение его политической роли. К базовым концептам «оборона» и «сдерживание», существовавшим с 1949 года, добавились «сотрудничество» и «безопасность».

Появился ряд новых приоритетных для НАТО направлений: формирование европейской идентичности в области безопасности и обороны, интенсификация взаимодействия с не входящими в Альянс странами («Партнерство во имя мира», в частности), перспективы расширения. НАТО вышла за пределы европейского «дома» - после 11 сентября впервые сослалась на уже упоминавшуюся статью 5, возглавив международные силы содействия безопасности в Афганистане. Важным этапом стала предпринятая без санкции Совета безопасности ООН крупномасштабная военная акция НАТО по отношению к Югославии в 1999 году. Одобренная в том же году в Вашингтоне Стратегическая концепция предусматривала в числе задач НАТО реагирование на кризисные ситуации, не связанные с коллективной обороной от внешней агрессии. В случае с Югославией это было названо «операцией по гуманитарным причинам».

Важно не столько то, как была названа югославская акция, сколько то, к чему она привела: к возникновению новой формы применения силы и к очевидному пониманию того, что имеющаяся система институтов евроатлантической безопасности дает «сбои». Югославская акция не была безоговорочно поддержана всеми членами Альянса, обнажив серьезные внутренние противоречия, которые усилились после очередной волны расширения НАТО в 2004 году. По образному выражению экс-главы Генерального штаба ВС РФ Юрия Балуевского, возник почти «любовный» треугольник: «Старая» Европа – «Новая» Европа – США, в котором Европа выступает одновременно в двух ипостасях – как составляющая НАТО, и как содержание ЕС. И в каждой из «европейских вершин» этого треугольника существуют, и достаточно конфликтно, старые и новые элементы[2].

Россия болезненно реагировала на расширение НАТО. Представляется, что сейчас географические пределы расширения достигнуты, и если очередная волна состоится, то во многом она будет обусловлена политическими резонами. То, как развивались на этот счет отношения НАТО (при активной роли США) с Украиной и Грузией в конце 2000-х годов, показало, что политика (ярко выражающаяся в создании внутренних коалиций изменяющейся конфигурации) как компонент деятельности Альянса рискует превратиться в следование политической конъюнктуре (например, путь в ЕС лежит через НАТО – такие мнения есть, но насколько они обоснованы?).

Новая Стратегическая концепция будет обнародована в конце 2010 года. Текущее видение возможного пути преобразования Альясна в сжатой форме было изложено во Всеобъемлющих политических указаниях 2006 года. Организация стоит на пороге самых больших преобразований за все время своего существования. И одним из главных вопросов здесь являются отношения с Россией.

РФ и НАТО: долгое эхо друг друга

По мнению Генерального секретаря НАТО Андерса Фог Расмуссена, «успех Европы был бы немыслим без НАТО»[3]. Однако до сих пор из действительно активного и комплексного взаимодействия в вопросах общеевропейской безопасности исключена Россия. Нет международного и эффективного механизма, который позволил бы в мирном порядке отвечать на вызовы вроде кризиса на Балканах или на Кавказе. Точно по этому поводу высказался в 2008 году министр иностранных дел Германии Франк Вальтер Штайнмайер: «Невозможно обеспечить безопасность Запада без России, а тем более вопреки России»[4]. Сотрудничество России с НАТО с начала 1990-х годов было осторожным. Россия вступила в 1991 году в Совет североатлантического сотрудничества, с 1994 года принимала участие в «Партнерстве ради мира», участвовала в операции «Активное усилие», в компьютерных командно-штабных учениях по ПРО ТВД, учениях «Болд Монарх», «Комбайнд Индевор».

В соответствии с Основополагающим актом Россия-НАТО о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности 1997 года был создан Совместный постоянный совет. После Римской встречи в 2002 году на смену ему пришел Совет Россия-НАТО, который поначалу демонстрировал довольно эффективные результаты. Менялись не только структуры сотрудничества, но и их «идеологическая» база. Если в Основополагающем акте борьба, например, против терроризма и незаконного оборота наркотиков при перечислении приоритетов стояла на одном из последних мест, то в Римской декларации выдвинулась на первый план.

На Совет Россия-НАТО возлагались большие надежды, которые оправдались не во всем: «За исключением заседаний на уровне министров, деятельность Совета не находит адекватного отражения в средствах массовой информации. Общество не видит достигнутых результатов и диалектического развития российско-натовских отношений… Многими россиянами НАТО воспринимается исключительно как «агрессивный военный блок» или как инструмент в руках США. Устаревшие клише негативного содержания в отношении России характерны и для Запада. Все это является препятствием на пути углубления российско-натовского сотрудничества»[5].

«Устаревшие клише» не исчезнут в одночасье. Даже несмотря на усилия, которые прикладывал Альянс, организуя, например, в 2006 году «ралли» по российским городам. За всеми действиями такого рода (не только внутри страны, но и на постсоветской территории) российская сторона следит пристально, оценивая их через призму информационной «войны»[6]. Слишком долго мы были противниками, чтобы общественное мнение быстро перестроилось - с обеих сторон нужны время, терпение, добрая воля к выстраиванию конструктивных отношений.

После конфликта на Кавказе 2008 года сотрудничество было заморожено, понадобилась пауза, чтобы восстановить его, прийти к пониманию – нынешнее качество этого сотрудничества не может отвечать потребностям сегодняшнего (тем более – завтрашнего) дня. Россия и НАТО прошли разные этапы в своих отношениях, пока не найдя оптимальной формы взаимодействия. Стратегический ядерный паритет, лежавший в основе «холодной войны», показал: хоть обе стороны и не были в то время способны к конструктивному диалогу (лишь перспектива взаимного ядерного удара сдерживала некоторые «горячие головы»), но все же они – неотъемлемые составляющие глобальной безопасности.

Советскому союзу было отказано во вступлении в НАТО (соответствующая нота была направлена правительствам США, Великобритании, Франции в марте 1954 года). Думается, тот отказ был мотивирован исключительно политическими причинами и обусловил негативное восприятие НАТО в СССР как агрессивно настроенного блока на долгие годы. Сейчас наступает время, когда в контексте глобальных угроз нового тысячелетия (международный терроризм, организованная преступность, кибер-атаки, наркобизнес, пиратство) Россия и НАТО могли бы пересмотреть восприятие друг друга. Возможно ли вступление России в НАТО сейчас, в XXI веке?

Теоретически обе стороны от этого выиграли бы. Организация Североатлантического договора превратилась бы в структуру, имеющую колоссальные возможности в плане реализации вопросов международной безопасности в обоих полушариях. НАТО, приняв Россию, продемонстрировала бы отказ от стереотипов времен «холодной войны». Однако в реальности для самой России вступление (пусть даже по французскому варианту, без участия в военных акциях) не является критически нужным по ряду причин: от необходимости переводить свое вооружение (и сопутствующие отрасли промышленности) на натовские стандарты до прогнозируемого осложнения отношений с Китаем, Индией, арабским миром и, конечно, несогласия быть ведомой. Россия позиционирует себя в качестве если не как равнозначного, то хотя бы сопоставимого по влиянию партнера НАТО, а потому – во многом самодостаточного (альтернатива в качестве заключения военно-политического союза между Россией и США рядом отечественных экспертов признается «фантастической»[7]).

Означает ли это, что Россия и НАТО обречены на бесконечный разговор о перспективах сотрудничества, единственным эффектом от которого будет эхо слов собеседника? Успехов на этом направлении можно добиться лишь при наличии доброй политической воли на высшем уровне (Альянс с помощью России мог бы трансформироваться в качественно иную организацию). И такая воля, судя по всему, с обеих сторон есть.

Проси невозможного, получишь – желаемое

В июне 2008 года Россия выступила с инициативой реформы архитектуры европейской безопасности. Озвученные в Берлине президентом России Дмитрием Медведевым предложения впоследствии получили свое закрепление в Концепции внешней политики РФ, неоднократно поднимались на международных форумах высокого уровня. Россия предлагает подписать комплексный Договор о европейской безопасности, закладывая в его основу принцип «неделимо­сти» (юридически зафиксированное обязательство отказаться от укрепления безопасности своей страны за счет безопасности других). «Мы хотим понять, были ли искренни наши партнеры, когда в 90-е годы торжественно заявляли, что никто не будет укреплять свою безопасность за счет безопасности других. Это проверка, если хотите», - сказал по этому поводу глава МИД России Сергей Лавров[8]. «Это не хитрая задумка русских против НАТО или ОБСЕ. Мы просто предлагаем дополнить нынешнюю систему безопасности в Европе более эффективным правовым инструментарием», - заявил президент РФ Д.Медведев[9]. Нельзя сказать, что идея нашла всеобщую поддержку. Однако и категоричного отказа нет.

По мнению Генсека НАТО Андерса Фог Расмуссена, создание общей противоракетной обороны (диалог по этому вопросу ведется, как он считает, Россией и США по большей части через головы европейцев) может стать важной причиной сближения России и НАТО: «Нам нужна такая система противоракетной обороны, в которую будут включены не только все страны НАТО, но и Россия. Мы должны четко обозначить, что мы приветствуем Россию в наших рядах и что вместе мы должны изыскивать способы защиты нашего континента от вызовов, которые бросает нам нестабильная обстановка в мире, в частности, от распространения оружия массового уничтожения. Я предлагаю радикальное изменение нашего мышления в отношении европейской безопасности, противоракетной обороны и России. Конечно, я прошу об очень многом, но результат стоит усилий»[10]. На заседании Совета Россия-НАТО в конце 2009 года было решено, что необходимо провести всесторонний и совместный анализ рисков ракетного распространения. «Обе стороны смогут добиться многого, если нам удастся отрешиться от беспокойства и подозрительности, присущих прошлому, и следовать курсу общей стратегии посредством обмена информацией, пула ресурсов и предоставляя потенциал одной стороны для укрепления потенциала другой», - полагает Председатель группы экспертов, обсуждающих новую Стратегическую концепцию НАТО, Мадлен Олбрайт. По ее мнению, члены НАТО считают, что им угрожают многие из тех противоправных сил, которые вызывают озабоченность России, включая: терроризм, насильственный экстремизм, распространение ядерного оружия, незаконный оборот наркотиков и преступность[11].

Можно выделить несколько вероятных направлений взаимодействия России и Альянса:

1). Действительное политическое сотрудничество - подписание договоров, закрепляющих все прежние декларационные заявления (например, предложенный президентом РФ Д. Медведевым Договор о европейской безопасности), взаимодействие Альянса с иными межгосударственными объединениями (ОДКБ, ШОС).

2). Военно-техническое сотрудничество - не только в том виде, как это происходит между РФ и Францией (сделка по «Мистралю», например, так взволновавшая страны Балтии), но и формирование единой системы ПРО, интенсификация взаимодействия по линии силовых ведомств (в том числе и отвечающих за противодействие и ликвидацию чрезвычайных ситуаций).

3). Гуманитарное сотрудничество с мощной информационной составляющей – основная задача: борьба с взаимными стереотипами. Ложное представление друг о друге лежит в основе антинатовской риторики, нередко используемой в России во внутриполитических целях, и в основе откровенной русофобии, которая нередка в ряде стран-членов НАТО. Важен диалог не только между дипломатами и чиновниками, но и экспертным сообществом, общественными деятелями. Представляется весьма полезным создание переговорной площадки по типу российско-германского форума «Петербургский диалог». Идеальным местом стал бы Калининград: регион, считавшийся западным военным форпостом России, а теперь – территория с интенсивно развивающейся экономикой. Калининградская область уникальна тем, что «зажата» между двумя странами-членами НАТО (Польшей и Литвой) – и ничего страшного с почти миллионом россиян не произошло. В соседних странах, правда, склонны считать, что где-то на калининградских пляжах спрятаны ядерные боеголовки. Но это к вопросу о взаимных стереотипах, для борьбы с которыми в Калининграде вполне можно открыть, например, информационное бюро Совета Россия-НАТО. Это было бы интересно и для России, которой в силу ее евразийства нужна многовекторная внешняя политика с сильной региональной составляющей.

Еще несколько десятилетий назад никто, наверное, не мог представить, что Россия и НАТО перестанут быть врагами. Сейчас же мало кто сомневается, что система евроатлантической безопасности не может быть в современном мире исключительно «натоцентрична», это чревато неспособностью адекватно реагировать на актуальные вызовы. Доминирующая тенденция сейчас - утверждение многополярности. Сама жизнь складывается так, что Россия и НАТО просто обязаны быть если не друзьями, то надежными партнерами - разве не этого желают обе стороны?



[1] David Reynolds (ed.) The Origins of the Cold War in Europe: International Perspectives. London: Yale U. P., 1994

[2] Балуевский Ю. Н. Отношения России, ЕС и НАТО: конфронтация или сотрудничество?//Европейская безопасность, 2004. № 12.

[3] Выступление Генерального секретаря НАТО Андерса Фога Расмуссена на Брюссельском форуме - 2010, URL: http://www.nato.int/cps/ru/SID-C0B87CC8-EE7FEBA0/natolive/opinions_62395.htm

[4] Григорьев Е. Сигнальная акция Меркель-Штайнмайер//Независимая газета. 22.02.2008. URL: http://www.ng.ru/world/2008-02-22/10_merkel.html

[5] Франсуа И., Алексеев А. Россия-НАТО: отчет перед обществом//Европейская безопасность, 2006. № 3.

[6] См., напр., РИА «Новости», «Запад разрабатывает информационное «оружие» – Генштаб ВС РФ», 31.01.2008 URL: http://lite.rian.ru/defense_safety/20080131/98074754.html

[7] Бордачев Т.В., Караганов С. А. К новой архитектуре евроатлантической безопасности//
Доклад российских экспертов к конференции дискуссионного клуба «Валдай», Лондон 8–10 декабря 2009 URL: http://www.globalaffairs.ru/docs/Karaganov_rus.pdf

[8] Стенограмма выступления Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на пресс-конференции, посвященной внешнеполитическим итогам 2009 года, Москва, 22 января 2010 года URL: http://www.mid.ru/brp_4.nsf/2fee282eb6df40e643256999005e6e8c/0b514cb49f82a439c32576b40053c70e?OpenDocument

[9] Стенограмма встречи Д. Медведева с представителями общественных, академических и политических кругов США, Вашингтон, 14.04.2010 URL: http://kremlin.ru/transcripts/7454

[10] Выступление Генерального секретаря НАТО Андерса Фога Расмуссена на Брюссельском форуме - 2010

[11] Стенограмма выступления Мадлен Олбрайт в МГИМО МИД России, Москва, 11.02.2010 URL: http://www.nato.int/cps/ru/natolive/opinions_61448.htm

 

blog comments powered by Disqus