ru
Новости
  • 11.08.2019

    Опубликованы работы Лауреатов конкурса эссе 2019 г.

    Подробнее
  • 17.06.2019

    Всероссийский молодежный конкурс эссе 2019

    Подробнее
  • 25.03.2019

    Tворческий конкурс НАТО 70 лет/Эстония 15 лет в НАТО

    Подробнее
  • 24.12.2018

    Развитие международного научно-исследовательского сотрудничества в сфере исследований актуальных проблем формирования архитектуры Европейской безопасности.

    Подробнее

29.04.2016Марьям Валиахметова, Самара

«Кризис системы европейской безопасности: возможности для взаимодействия или риск конфронтации?»

Валиахметова Марьям Мансуровна,
ООО «НетКрэкер»,
Специалист,
г. Самара

Кризис системы европейской безопасности:
возможности для взаимодействия или риск конфронтации?

Окончание «холодной войны» отнюдь не означало «конец истории». Формальное завершение биполярного противостояния не привело к торжеству безопасности  в мире, напротив, по мнению экспертов,  сегодня угроза военного конфликта только возрастает [1]. Во-первых, после распада социалистического лагеря США и Россия оказались «по одну сторону баррикад», однако Россия не согласилась играть по правилам США (за исключением периода, когда МИД РФ возглавлял А.В. Козырев [2].) Ранее и США, и СССР признавали друг за другом наличие определенных зон, в которых каждый из них  устанавливал свои правила и порядки: после распада биполярной системы необходимо было сосуществовать в едином мире [3]. Однако у США и России оказались диаметрально противоположные взгляды на построение нового порядка:  о  своем неприятии подхода Запада к международным отношениям  Россия громко заявила на Мюнхенской конференции 2008. Во-вторых, конфликтный потенциал стал возрастать, так как ни сразу после распада биполярной системы, ни спустя 25 лет не была создана новая система. В постбиполярном мире: 1) продолжили свое существование институты Ялтинско-Потсдамской системы (ООН, НАТО, ОБСЕ), 2) появились новые центры силы и игроки, которые «борются за свое место под солнцем», 3) сформировалось новое отношение к России как к стране, проигравшей «холодную войну» и нежелание ее воспринимать как равноправного партнера. Однако недавние события демонстрируют,  что ни институты Ялтинско-Потсдамской системы более не отображают в полной мере расстановку сил (вспомним, дискуссии о реформировании СБ ООН за счет включения в состав постоянных членов, например, Индии и Бразилии),  ни Россию нельзя рассматривать как незначительную региональную  силу (урегулирование вопроса о ликвидации  химического оружия, военная операция в Сирии). Однако осознание несовершенств современной системы международных отношений отнюдь не означает наличие четкого понимания того, как нужно ее изменить. Государства сегодня скорее находятся в некотором ожидании того, что текущие международные кризисы,  - которые явно не способствуют безопасности  - разрешатся сами собой [4].

Остановимся подробнее на украинском кризисе, который во многом спровоцировал кризис европейской безопасности. В украинском кризисе можно условно выделить региональное, гуманитарное и глобальное измерения.

Глобальное измерение. Министр иностранных дел России (1998-2004) Игорь Иванов метафорически сравнил украинский кризис с выстрелом в Сараево в 1914, который привел к Первой мировой войне [5, C.10], по итогам которой сформировалась новая Версальско-Вашингтонская система. Вообще, прослеживается интересная закономерность: смена международных систем происходила после крупных военных столкновений. Однако распад биполярной системы произошел относительно мирным путем, кроме того,  основу постбиполярной системы по-прежнему составляли структуры, сформированные ранее (ООН, НАТО).

Однако были ли эти структуры адаптированы к новой системе международных отношений, в которой не только изменилась расстановка сил, но и появились принципиально новые явления (новые акторы, такие как ТНК и негосударственные организации, новые вызовы – международный терроризм в более масштабных и организованных формах – Исламское государство)? Нет, не были, и во многом именно это спровоцировало украинский кризис. Если говорить о негласных правилах, по которым развивались международные отношения в последние 25 лет, то они не особенно отличались от правил «холодной войны»: мир продолжал мыслить категориями «холодной войны» и вести игру с нулевой суммой. Вспомним, как начинался украинский кризис. Украина была поставлена перед выбором: либо с Западом (НАТО и ЕС), либо с Россией (ЕАЭС).  Очень напоминает, как строились отношения во второй половине 20 века. Мир пережил «холодную войну», но НАТО продолжало существовать и расширяться, приближаясь к границам РФ, в то время как отношения между Россией и НАТО были далеки от равноправного сотрудничества и доверительных отношений. Ставшие независимыми прибалтийские республики используют антироссийскую риторику как политический инструмент, и, кажется, не стремятся к преодолению наследия «холодной войны».

Однако что же произошло при распаде биполярной системы? Вначале наступил  «момент однополярности», когда США посчитали, что мир  будет жить по рецепту либеральной демократии, за установлением и правильным функционированием которой будут следить США. Именно момент, так как, во-первых, скоро стало понятно, что у США недостаточно ресурсов (экономических и идеологических – в плане одобрения американцами  операций США в Ираке и Афганистане) для поддержания своей гегемонии. Во-вторых, на мировой арене стали появляться другие крупные игроки, которые не могли согласиться с претензией США на абсолютное лидерство). Затем международные отношения погрузились в труднопреодолимую  зону турбулентности. В этой связи логично предположить, что вместо одного крупного конфликта (подобно Первой мировой и Второй мировой) мир столкнется с рядом региональных конфликтов. Однако, на мой взгляд, данный подход был актуален до эскалации украинского кризиса, которому было суждено сыграть роль «выстрела в Сараево». Среди причин,  по которым именно украинский кризис приобрел определяющее значение для международных отношений (так, например, вооруженный конфликт в Грузии в августе 2008 не привел к таким последствиям) следует отметить следующие:

1)    Украина – крупное государство в центре Европы, важный геополитический центр, где  тесно переплетены интересы США, ЕС и России [6];

2)    украинский кризис продемонстрировал несостоятельность многочисленных международных институтов, которые не только не предотвратили конфликт (а, возможно, отчасти его и спровоцировали – речь о возможном включении Украины в НАТО), но и не способствовали деэскалации конфликта;

3)    украинский кризис произошел в тот момент, когда и российско-американские, и росийско-европейские отношения фактически зашли в тупик (переговоры по ПРО, отсутствие прогресса по созданию единого пространства от Лиссабона до Владивостока и т.д.), то есть не было механизмов, основанных на взаимных интересах и доверии, которые могли бы сдержать эскалацию конфликта [5, C.12].

Региональное измерение. После присоединения Крыма диалог по линии Россия-НАТО оказался свернут, то есть те механизмы и институты, которые призваны помогать в разрешении кризисных ситуаций фактически оказались парализованы. Это не только не способствует скорейшему разрешению украинского кризиса, но и ведет к повышению напряженности в Европе. Ярким примером может служить резкое увеличение числа инцидентов в воздушном пространстве между Россией и НАТО [7]. Здесь же необходимо отметить тот факт, что активность на границе между НАТО и Россией возрастает (проведение учений [8], увеличение контингента НАТО в Балтийских странах [9, 10]). Все это негативно сказывается на уровне безопасности и доверия в Европе. Кроме того, в напряженность в Европе повышается не только за счет столкновений в воздушном пространстве прибалтийских государств, но и за счет повышения конфликтного потенциала между Россией и неевропейскими членами НАТО  (стоит вспомнить, что в конце 2015 Россия и Турция (а соответственно Россия и НАТО) оказались на грани военного столкновения).

Гуманитарное измерение. Согласно последнему отчету ООН о ситуации с правами человека в Украине, за период с апреля 2014 по февраль 2016 зафиксировано 30 211 жертв [11, C. 8]. Также необходимо учитывать число вынужденных переселенцев: по данным правительства, было зарегистрировано 1.6 миллиона внутренне перемещенных лиц (часть из них продолжает проживать на территориях, подконтрольных Правительству Украины, нередко сталкиваясь с дискриминацией или находясь в непосредственной близости от ведения военных действий; часть из них попросила политического убежища в соседних странах – преимущественно в России и Белоруссии). Отдельно следует остановиться на инфраструктурных разрушениях,  без которых не обходится ни один вооруженный конфликт (согласно отчету ООН наибольшие разрушения наблюдаются в районах Дебальцево, Горловки, Шахтерска и донецкого аэропорта) [11, С.7].

Таким образом, украинский кризис в глобальном измерении – следствие/подтверждение несостоятельности той системы международных отношений, которая складывалась после окончания «холодной войны». Однако здесь мы сталкиваемся с дилеммой: с одной стороны, украинский кризис, безусловно, повлек за собой ряд негативных последствий, способствовал новому витку напряженности в Европе  и снижению безопасности вследствие свертывания сотрудничества между Россией и Западом, многочисленным жертвам и  разрушениям.  С этой точки зрение, украинский кризис – безусловно, вызов для европейской системы безопасности. С другой точки зрения, украинский кризис был необходим Европе, ведь именно Украина продемонстрировала, что в прежнем виде мировой порядок существовать не может и  стала точкой бифуркации в отношениях между Россией и Западом. В таком случае, украинский кризис следует рассматривать как окно для возможностей, как путь (возможно, не самый рациональный и довольно жестокий) преобразования системы международных отношений.

  БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Фененко А.В. Хуже, чем в холодную войну // Россия в глобальной политике // Режим доступа: http://www.globalaffairs.ru/global-processes/Khuzhe-chem-v-kholodnuyu-voinu-17994 18.03.2016
  2. Богатуров А.Д. Три поколения внешнеполитических доктрин РФ // Режим доступа: http://www.intertrends.ru/thirteen/005.htm 18.03.2016
  3. Парижская хартия для новой Европы, 1990 // Режим доступа: http://www.osce.org/ru/mc/39520?download=true 18.03.2016
  4. Кортунов А.В. Еще в полях белеет снег… Субъективные заметки на полях Мюнхенской конференции по безопасности // Режим доступа:  http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=7268#top-content  18.03.2016
  5. Иванов И.С. Украинский кризис через призму международных отношений. М.: НП РСМД. 2015. 208 с.
  6. Бжезинский З. Великая шахматная доска (Гл. 2, Геостратегические действующие лица и геополитические центры) // Режим доступа: http://www.lib.ru/POLITOLOG/AMERICA/bzhezinskij.txt  19.03.2016
  7. List of Close Military Encounters Between Russia and the West, March 2014 – March 2015 // Режим доступа; http://www.europeanleadershipnetwork.org/medialibrary/2015/03/11/4264a5a6/ELN%20Russia%20-%20West%20Full%20List%20of%20Incidents.pdf 19.03.2016
  8. Минобороны усилит группировки российских войск в ответ на увеличение интенсивности учений стран НАТО // Режим доступа: http://www.rosbalt.ru/federal/2016/01/22/1482409.html 19.03.2016
  9. НАТО усиливает военное присутствие в Прибалтике // Режим доступа: http://www.rubaltic.ru/news/5012016-nato-prisutstvie-pribaltika/ 19.03.2016

 

blog comments powered by Disqus