ru
Новости
  • 11.08.2019

    Опубликованы работы Лауреатов конкурса эссе 2019 г.

    Подробнее
  • 17.06.2019

    Всероссийский молодежный конкурс эссе 2019

    Подробнее
  • 25.03.2019

    Tворческий конкурс НАТО 70 лет/Эстония 15 лет в НАТО

    Подробнее
  • 24.12.2018

    Развитие международного научно-исследовательского сотрудничества в сфере исследований актуальных проблем формирования архитектуры Европейской безопасности.

    Подробнее

19.04.2012Климушкина Виктория Валерьевна, г. Брянск

Эссе на конкурс 2012

Климушкина Виктория Валерьевна
юрист, ООО «Советник»,
г. Брянск

 

В настоящее время развитие отношений между Россией и НАТО вышло на принципиально новый уровень – перешло из плоскости взаимного сдерживания в плоскость сотрудничества. Результаты этого сотрудничества имеют очень большое значение для обеспечения региональной и глобальной безопасности.

Сотрудничество между Россией и государствами-членами НАТО осуществляется под руководством СРН. Среди основных направлений сотрудничества – борьба с терроризмом; оборонная реформа; военное сотрудничество; подготовка работников афганских и центрально-азиатских органов, ведущих борьбу с незаконным оборотом наркотиков; противоракетная оборона театра военных действий; кризисное регулирование; нераспространение ОМУ; управление использованием воздушного пространства; гражданское чрезвычайное планирование; научное сотрудничество и экологическая безопасность.

В новой Стратегической концепции НАТО, утвержденной в Лиссабоне в ноябре 2010 года, государства-члены Североатлантического союза подчеркнули значимость развития стратегического партнерства между НАТО и Россией, а также свою решимость углублять политические консультации и практическое сотрудничество с Россией в областях, представляющих взаимный интерес, и  использовать весь потенциал СРН для диалога и совместных действий.

Тезис о необходимости наращивания и углубления стратегического партнерства между Россией и НАТО, безусловно, является позитивным и обнадеживающим сигналом. Однако те проблемы, которые разделяли Россию и НАТО со времени окончания холодной войны, в большей или меньшей степени продолжают влиять на их взаимоотношения и в период российско-американской «перезагрузки».

Решения принятые Североатлантическим союзом в Лиссабоне, и, в частности, текст новой стратегической концепции НАТО, четко очерчивают именно атлантическую систему безопасности, не содержат никаких указаний на возможность «революционных» перемен в отношениях с Россией (давая понять, что принцип «открытых дверей» относится лишь к странам по ее периметру, но не к ней самой) и таким образом идут отнюдь не на пользу тем, кто выступает за «глубокое сближение» с альянсом вплоть до вступления РФ в его состав.

Рано говорить и о том, что НАТО полностью отказалась от культивирования образа врага в лице России; во всяком случае, альянс вынужден учитывать здесь страхи и предрассудки своих новых членов в Центрально- и восточноевропейском регионе. Включение кибератак и угроз энергетической безопасности в число вызовов, которым должна противодействовать НАТО, имеет неизбежные антироссийские коннотации, хотя страны альянса и постарались максимально затушевать этот момент в тексте стратегической концепции. Полному замалчиванию в концепции подвергнута возможность его сотрудничества с такими организациями, как ОДКБ и ШОС, в которых лидирующую либо просто важную роль играет Россия. Однако и Россия продолжает рассматривать если не НАТО в целом, то некоторые важные аспекты деятельности альянса, как угрозу ее безопасности (о чем свидетельствует градация угроз безопасности страны, которая перечислена в новой Военной доктрине РФ 2010 г.). Это явно послужило предлогом разработчикам концепции НАТО для того, чтобы сохранить многие традиционные элементы восприятия России, доставшиеся в наследие от холодной войны.[1]

Одним из главных проблемных вопросов отношений между Россией и НАТО является вопрос о сотрудничестве в области противоракетной обороны. На Лиссабонском саммите в 2010 г. страны альянса одобрили создание в Европе системы территориальной ПРО, которая должна обеспечить защиту всей территории и населения государств Североатлантического альянса.[2]

По заявлению генерального секретаря НАТО А.Ф. Расмуссена наиболее эффективной системой сотрудничества России и альянса в сфере противоракетной обороны Европы была бы та, при которой альянс обеспечивал бы безопасность своих союзников, а Россия защищала бы собственную территорию. Российская сторона, по его словам, вряд ли согласится с таким положением вещей, когда будут существовать две системы ПРО, управляемые из одного центра - штаб-квартиры НАТО.

Стремление России добиться согласия НАТО на строительство совместной секторальной системы ПРО вступает в противоречие с процедурами и обязательствами, на которых основан Североатлантический союз. Министр иностранных дел РФ С. Лавров на совместной пресс-конференции с А.Ф. Расмуссеном в начале июля 2011 г. признал, что договориться по секторальному подходу пока не получается, и что Россия воспринимает как реальность, что у НАТО есть обязательства по взаимной обороне и они не могут быть никому делегированы. Однако Россия считает, что имеются возможности достичь договоренностей, позволяющих совместно работать без создания дополнительных рисков, укреплять, а не подрывать стратегическую стабильность.

Ещё одним из главных препятствий на пути к сотрудничеству России и НАТО на протяжении многих лет является политика расширения НАТО на Восток. Это расширение представляет собой огромную проблему для многих стран, так как затрагивает интересы не только государств-участниц, но и всего мирового сообщества.

Продвижение НАТО на Восток отнюдь не укрепило безопасность России, а, наоборот, создало для нас массу новых проблем, причем совершенно нежелательных для поступательного развития наших отношений с Западом. Стратегическая концепция НАТО 2010 г. не содержит никаких изменений в позиции Брюсселя по этому вопросу.

Кроме этого в практике НАТО было немало других действий, которые не совсем одинаково или даже по-разному видятся из Брюсселя и Москвы. Взять хотя бы миротворческий (с сильным силовым компонентом) опыт НАТО в Боснии или чисто военную акцию альянса против СРЮ. Эти операции НАТО на территории бывшей Югославии, финальным аккордом которых,  стало самопровозглашение независимости Косова и признание этой независимости большинством членов альянса, никогда не воспринимались Россией с одобрением. Россия не видела в действиях НАТО беспристрастности и справедливости. Убедительным подтверждением правильности такой оценки стала однозначно прогрузинская позиция альянса в ходе августовских событий 2008 года на Кавказе, когда Североатлантический блок, в одночасье забыв о своих же собственных постулатах по поводу защиты прав человека и гуманитарного права, закрыл глаза на кровавые преступления тбилисского режима в Южной Осетии и встал на его защиту. В тот момент отношения России с НАТО достигли пика обострения.[3]

События на Кавказе показали необходимость создания новой системы безопасности в Европе. С точки зрения России, эта система должна быть равной для всех – без изоляции кого-либо и без зон с разным уровнем безопасности. Она должна быть создана в юридически обязывающей форме. Лучшей формой такой системы безопасности мог бы стать Договор о европейской безопасности.

С осени 2010 г. стали высказываться предложения представителей НАТО о возможности приема в эту организацию России. Еще раньше появились сторонники вступления в НАТО и в российской военно-политической элите. В связи с этим возникает целая серия вопросов: не хотят ли натовцы превратить Россию в послушную силу, которая будет для них «таскать каштаны из огня»? Соответствует ли вступление в НАТО общим геополитическим интересам России? Не стоит ли за глобальными планами и гегемоническими устремлениями США и НАТО стремление свести на нет роль ООН, а может быть, и ликвидировать ее?[4]

Стратегическая концепция НАТО 2010 г. по-прежнему декларирует приверженность альянса традиционному ядерному сдерживанию в качестве основы безопасности с полным сохранением «трансатлантической связки» – ядерных гарантий со стороны США.

Продвижение на пути к реальному партнерству будет серьезно способствовать не только позитивным изменениям во взаимоотношениях НАТО и России, но и конструктивному диалогу Брюсселя и Москвы в сфере сокращения и ограничения ядерных вооружений, трансформации ядерных стратегий сторон. Процесс этот далеко не «линейный» и не однозначный – достаточно вспомнить, сколько раз двусторонние отношения «замораживались» в связи с различного рода кризисными ситуациями. Собственно, очередная «разморозка» отношений (после грузинского конфликта в августе 2008 года) как раз произошла на саммите в Лиссабоне в ноябре 2010 года, когда и была принята последняя Стратегическая концепция альянса.[5]

Для кардинального изменения российско-натовских отношений необходима реализация практических начинаний, заявленных на саммите в Лиссабоне. В итоге встречи Дмитрий Медведева и А.Ф. Расмусена были даны конкретные поручения, в частности по разработке совместного анализа будущих рамочных условий сотрудничества в области противоракетной обороны и по конкретизации мероприятий взаимодействия в отношении общих вызовов безопасности XXI века. Выполнение этих поручений будет способствовать эволюции как ядерной стратегии НАТО, так и соответствующих российских документов, их отходу от постулатов холодной войны.

Нужно отметить, что идея тесного сближения России и НАТО (вплоть до вступления России в НАТО) отнюдь не рассчитана на практическую реализацию. Она скорее преследует цель выявить – насколько далеко Россия готова идти в оказании поддержки НАТО там (в первую очередь в Афганистане), где эта поддержка особенно необходима альянсу, в какой мере она готова смягчить свою позицию по расширению НАТО и приближению ее инфраструктуры к российским границам. Оснований сомневаться в том, что идея интеграции РФ в НАТО после ухода альянса из Афганистана останется столь же продуктивной, вполне достаточно. Всё это говорит о том, что задача России - не пристраиваться к существующим и постепенно изживающим себя институтам, а работать вместе с западными партнерами на равноправной основе с целью выстраивания новой европейской и мировой архитектуры поверх устаревших разделительных линий.[6]

Необходимо сделать все возможное, чтобы преодолеть доминирующее в США и НАТО представление о сотрудничестве с Россией и о согласовании с ней своих внешнеполитических акций как о чем-то заведомо второстепенном. Партнерство требует взаимного уважения позиций сторон и взаимной готовности идти на уступки. Сегодня как никогда важно достичь с Североатлантическим альянсом четких договоренностей о принципах его политического и военного взаимодействия с постсоветскими странами, определив масштабы российского присутствия в этих странах и обозначив российские интересы в них.

Организация сотрудничества России и НАТО представляет собой сложно структурированный процесс, началом которого должно быть прогнозирование его результативности на основе сбора, изучения и анализа теоретических и практических материалов с учетом тенденций развития и особенностей двусторонней нормативно-правовой базы. 

Литература и источники 

  1. Иво Даалдер. Россия может вступить в НАТО, если захочет // Российская газета. 22.09.2010 г.
  2. Лавриненко Н.А. Расширение НАТО на Восток Европы и позиция России // Вестник МГОУ. Серия «История и политические науки». 2011. № 2.
  3. Ознобищев С.К. Эволюция ядерной доктрины НАТО // Независимое военное обозрение. 2011.
  4. Орлов А. Отношения России с НАТО в контексте стратегической концепции-2010 североатлантического альянса // Международная жизнь. 2011. № 03. С. 85-93.
  5. Смирнов П.Е.  Новый старт в российско-американских отношениях и сотрудничество между Россией и НАТО // США и Канада: экономика, политика, культура. 2010. № 11. С. 19-37. 


[1] Смирнов П.Е.  Новый старт в российско-американских отношениях и сотрудничество между Россией и НАТО // США и Канада: экономика, политика, культура. 2010. № 11. С. 19-37.

[2] Иво Даалдер. Россия может вступить в НАТО, если захочет // Российская газета. 22.09.2010 г.

[3] Орлов А. Отношения России с НАТО в контексте стратегической концепции-2010 североатлантического альянса // Международная жизнь. 2011. № 03. С. 85-93.

[4] Лавриненко Н.А. Расширение НАТО на Восток Европы и позиция России // Вестник МГОУ. Серия «История и политические науки». 2011. № 2.

[5] Ознобищев С.К. Эволюция ядерной доктрины НАТО // Независимое военное обозрение. 2011.

[6]  Смирнов П.Е.  Новый старт в российско-американских отношениях и сотрудничество между Россией и НАТО // США и Канада: экономика, политика, культура. 2010. № 11. С. 19-37.

blog comments powered by Disqus